- Как думаете, с этой штукой все в порядке? - спросил полицейский сержант несколько неуверенно глядя на рыже-гнедую спину Чук-Алука. - Может, полагается поводок, или еще что?

- С тех пор, как он здесь, с Чук-Алуком не было никаких недоразумений, - отрезала Миджи. - И если бы не эта дура, и сейчас бы не произошло.

- Пожалуй, что так, - вздохнул сержант и двинулся к окну, за которым висел полицейский флоттер.

Видимо, новости сегодня были скудные, понял Найджел. Несколько светогазет осенила блестящая идея подхватить эту дурацкую историю и сделать ее сенсацией мертвого сезона, - заголовки набросились на них, пока они пробирались к зданию суда, сквозь орду фотоглаз, радиоушей и механосенсоров.

"Зоопарк - тюрьма?"

"Мнение Агассиса: Чепуха!"

"Тяжелые обвинения против куратора ЗИФ-ЮСА" и тому подобные.

В здании суда их ожидала в сознании своей правоты Мадам со свитой самых ярких приверженцев. Кто-то либо из ее влиятельных знакомых, либо, скорее, из аппарата суда, уже успел выяснить характер дела, ибо, когда судья Коркоран занял свое место, он оказался не один, но в окружении двух асессоров - обычный порядок для квалификации обвинения. Асессор справа был человек провинциальный - сенатор из Конгрессената Сапров. Слева же возвышался безликий металлический цилиндр с торчащими наверху механосенсорами.

Места для публики ломились; видеоцентры и прочие транслирующие устройства стояли во всех ложах. Атмосфера была напряжена, как натянутый канат.

- Внимание! - объявил судья, когда каждый (и каждая) насытились созерцанием Чук-Алука, сидевшего по обычаю своего вида в самом пригодном на то из подручных предметов - большой мусорной корзине.

- Я, судья Коркоран, и мои асессоры призваны определить, имело ли место нарушение сути и духа законности Солнечной Системы, учитывая, что специального статуса по данному делу нет…