— Спасибо, — говорит вдруг Ри. Тоже снял маску языка? Видимо, да.

— Не за что, — невозмутимо отвечает человек. Спокойно поворачивается к ним спиной, не торопясь выходит.

— Тест, — шепчет Ри. — Они проверяют, нападем мы или нет.

…За узким окошком — поразительной красоты закат над морем. Длинный, широкий, но совершенно пустой пляж словно облит жидким огнем — песок сияет и переливается, а море с наступлением темноты начинает слабо светиться. Да уж, не просто так тут был курорт, планета действительно должна быть удивительно красивой, судя по этому закату над пляжем. Идиллию нарушает глухой рокот — из ангара неподалеку выходит корабль и устремляется навстречу волнам. От неестественности этой картины передергивает. Не должно тут быть таких кораблей, тут должны днем резвиться на песке дети, сопровождаемые степенными родителями, а по вечерам — прогуливаться влюбленные пары, любующиеся закатом.

…Спать на полу неудобно, несмотря на то, что он мягкий. Самое неприятное — отсутствие подушки. Рука, положенная под голову, быстро немеет, приходится переворачиваться на другой бок, но только набегает полусонная полудрема, как снова затекает рука. Рядом точно так же ворочается Ри — инженеру, видимо, так спать тоже в новинку. Одному Скрипачу все нипочем. Свернулся калачиком у стенки и спит без задних ног. Ну, правильно, привык у себя на свалке спать где попало. Зачем мы его забрали? Почему не вернули обратно? Почему не попросили вернуть того, кто мог это сделать — или конклав, или Аарн?.. Жил бы себе и жил, а теперь неизвестно, что с ним будет — он же совершенно беззащитный, да еще и безумен, да еще двух слов связно сказать не может… К тревоге примешивается нотка раскаяния, и спать становится совсем уже невмоготу. Ит садится.

— Ложись, — доносится сбоку голос Ри. — Неизвестно, что будет завтра.