И, недолго думая проложила их к белой футболке. По бокам чётко отпечатались черные пальцы. Словно с переводной картинки из цикла "Персты дьявола".

Увидев, что она натворила, Делина сердито нахмурила тонкие брови, укоризненно покачала головой, расстроено вздохнула. Наверное, представила себе, что скажет мать, когда прийдет домой. Правда, мать у Делины добрая, никогда не кричит и не ругается, но все равно неприятно... Делина угрюмо зыркнула на меня исподлобья черными блестинками зрачков -видишь, дескать, какая я неряшливая... почти как ты... шутка...

И тут же, отчего-то смутившись, бордово покраснела и быстро спрятала маленькие острые кулачки в карманы куртки. Отвернулась, исподлобья пронзив меня косым взглядом лукавых глаз.

Я дипломатично пожал плечами - дескать, ничего не видел...

И тут суровая пухлая туча, до сей поры лениво плевавшаяся колючими иглами слабой мороси, вдруг вспомнила, что в ее резерве еще есть и мощь, и сила.

Сердито прогромыхав в вышине тупыми костями, она обрушила на нас тяжелую стену холодной воды. Начался настоящий ливень. Поднялся ветер, срывая с мокрых веток тяжелую листву... Наверное, такие ливни случаются на море, когда накатывается грозный девятый вал, и громадные, высотой в многоэтажный дом, бессердечные буруны, клокоча и пенясь, уносят в черную пучину парусные корабли, ведомые бесстрашными капитанами...

Радостно заворкотали в лужах, булькая, беспокойные пузыри, лопаясь холодными брызгами. Почерневший воздух пронзила яркая стрела молнии, и следом за ней, немного опаздывая с ответом, по-стариковски что-то проворчал недовольный гром. И в лицо сладко пахнуло прохладной грозовой свежестью.