Грендаль вытащил мобильник и ткнул иконку с изображением вигвама.

— Хай, дорогая!

— Алоха! Ты где?

— Милях в ста к зюйду. Через полчаса приводнюсь.

— OK. Иржи встретит тебя на боте. Есть хочешь?

— Чертовски!

— Это хорошо. Люблю тебя кормить.

— А я вообще тебя люблю.

— Я тебя тоже. Жду — целую.

— Жена? — осведомился дедушка с заднего сидения.

— Да.

— Красивая?

— Очень, — ответил Грендаль. Он придерживался твердого убеждения, что Лайша — самая красивая женщина, по крайней мере, в пределах нашей галактики.

— Детей много?

Грендаль молча показал два пальца.

— Уах! — возмутился дедушка, — никуда не годится. Сильный мужчина, красивая женщина, надо делать много детей. Кто будет жить под Луной, если вы такие ленивые?

— Мы работаем над этим, — дипломатично ответил Грендаль.

Старый утафоа пробурчал что-то и отвернулся к окну. Видимо, такой ответ не развеял его опасений по поводу численности будущего поколения.

Через некоторое время вдалеке появились мерцающее пятно света: в маленьком Сонфао-сити бурлила ночная жизнь. Вскоре стали видны огоньки домов вдоль берега и желтые точки мачтовых фонарей на рыбацких проа, промышляющих вокруг атолла. А потом запищал мобильник.

— Привет, па! Два румба к зюйду это твой прожектор?

— Привет, Иржи. Думаю, да, вроде рядом никто не летит.

— Ага! Я уже в лагуне, сейчас зажгу красный фейер.

Секунд 15 — и почти посреди лагуны вспыхнула ярчайшая алая звездочка. Грендаль тронул рикшу за плечо и показал туда пальцем.

— Встречают? — спросил тот, слегка сдвинув наушники.

— Да. Сын.

— О! Сколько ему?

— Тринадцать.

— Вы разрешаете парнишке ночью одному водить бот в океане?

— И хорошо! — встрял дедушка, — я с десяти лет ходил по ночам между атоллами.