Если это благодаря макияжу и раскраске, то это — самая замечательная работа, которую он видел. Когда она моргнула при их столкновении, он заметил, что даже ресницы у нее были такие же зеленоватые.

К счастью для него, как подарок Аллаха, вознаграждение за его бессрочную службу, его ждало свободное такси. Нетрудно было проследить за их машиной. В Могадишо машин было немного, и они обычно держались ближе к набережной или дипломатическим кварталам.

Водитель зарабатывал плату за проезд, пока они гонялись за «джипом» по узким мощенным аллеям и грязным авеню.. Только когда они выехали за городскую окраину, шофер остановился.

— Простите, эффенди, дорога дальше не идет, и я дальше не иду. — Его английский был ломаным, но точным.

Викерс понимал: спорить бесполезно. Дальше ехать на и без того заезженном «ситроене» было нельзя. Дорога годилась только для верблюдов и для «джипов». По этой разбитой дороге на такси и мимо не проедешь. Викерс подождал пока «джип» не скроется за горизонтом, и только потом приказал ехать назад в город.

Всю ночь ему снилось это блестяще зеленое лицо. В остальном у этой женщины были классические черты лица, характерные для этой части Африки, частично негритянские, частично — арабские, тонкая экзотическая смесь.

Обязанности журналиста давали ему известную свободу. Поскольку он сдавал работу в срок и не перерасходовал средства, в остальном он мог свободно передвигаться и сам выбирать темпы. Его ближайший начальник сидел на Флит Стрит.

Я найду им кое-какой интересный материал, подумал он. Светло-зеленая леди — это вызовет интерес и в «Таймс» и в «Дейли Ньюс», и в «Стар».

Не будет особо сложно проследить, куда могла поехать машина из города. Машины вне города — такая же редкость, как человечность. Не такая уж страшная задача. Не раз он неделями торчал в зарослях кустарника, ночуя в собственном «джипе».