– Так пойдем, посидим где-нибудь. Сто лет тебя не видела!

Быстро перебежав улицу, они уселись за столик летнего кафе, которое Катя не причислила к разряду «нормальных», но искать чего-то другого уже не хотелось.

– Ты и не изменилась – все такая же, – Наташа подперла ладонями лицо, внимательно изучая бывшую одноклассницу.

– Да уж, конечно…

– Замуж-то вышла?

– Вышла и снова зашла, – Катя рассмеялась, – как в песне: «Красивая и смелая дорогу перешла…»

– Дети есть?

– Слава богу, не успели.

– А у меня дочка во второй класс ходит.

– Так родить-то, дело дурацкое, а потом?.. Вот, выйду за миллионера, сразу нарожаю кучу. Буду на «Мерсе» возить их в колледж, в бассейн…

– Дурочка ты, – заключила Наташа.

– Да не дурочка я, – Катя вздохнула, но не в ее правилах было жаловаться на жизнь, поэтому она спросила, – ты-то как?

– Я хорошо. Муж бизнесмен; не миллионер, но все же. Зимой в Австрию ездили, на лыжах катались…

– А ты умеешь? – удивилась Катя.

– Нет, но… – Наташа сделала невинные глаза, – все равно прикольно. Там такие ресторанчики клёвые.

Катя не знала, что сказать. У нее с детства отложилась мысль, что каждый получает исключительно то, чего заслуживает, и за любой, внезапно свалившийся подарок судьбы, тоже приходится платить – суть праздника лишь в том, что подарок заворачивают в красивую обертку. Словно подтверждая эту не убиенную формулу, Наташа вздохнула.

– Знаешь, поначалу я просто балдела, а потом чувствую, что угасаю. Скучно до безумия…

Катя подумала, что, скорее всего, это попытка примерить маску эдакой пресытившейся жизнью светской львицы, но не собиралась никого ни в чем уличать.

– А где сейчас дочка?.. – напомнила она.

– Дочка с няней; еще гувернантка ходит, – Наташа махнула рукой, развеяв образ идеальной мамаши, – я, тут, мужика завела. Знаешь, как адреналина добавляет?