Кенет молча помотал головой, не в силах ответить: вино он пил впервые в жизни, и оно обожгло его непривычное горло.

- Тогда пей понемногу и слушай. Этот великий кровопийца, не к ночи будь помянут, живет уже не одну сотню лет, и ничегошеньки ему не делается. Он старше нынешней императорской династии и силу накопил за эти годы непомерную. Люди говорят, будто он выпивает эту силу... - Юкенна замялся, -...из живых людей.

- Из женщин? - уточнил Кенет, вспомнив прочитанное в уставе.

- Из женщин, - кивнул Юкенна. - Выходит, все же слышал?

- Нет, - ответил Кенет. - Про него - нет. А при чем тут покойники?

- А все при том же. Говорят, он постоянно принимает трупный яд. Кто его знает, для чего.

- Да ведь это такая отрава! - оторопел Кенет.

- Ему она нипочем. Добывает из мертвых тел трупный яд, готовит на нем какой-то настой и пьет. Но для этого ему нужны мертвые. И не те, кого он сам убил или замучил. От них он уже взял все, что мог, они ему не годятся. Ему нужны умершие не от его руки.

- И я чуть было не стал одним из них, - тихо сказал Аканэ.

- Каким образом? - спросил Юкенна. Его выдержке можно было позавидовать. Лима трясло, будто в ознобе. Кенро был откровенно испуган и даже не стыдился своего страха.

- Глупее не придумаешь, - скривился Аканэ. - Вообще-то я охотился на слуг Инсанны. Выслеживал, искал... не думал даже, что найду. Все мне казалось - блажит наместник. Откуда им тут взяться? Здешние края от Инсанны далеко. Думал, все это пустые слухи. А вышло, что не пустые. Словом, пока я думал, что ищу тех, кого нет, они забеспокоились и сами подстерегли меня. Напали такой кучей, что никому не справиться, будь ты хоть сам Бог Войны, отделали до полусмерти и бросили помирать. В себя я пришел уже в больнице. - Аканэ вздрогнул от гнева; глаза его лихорадочно блеснули. - Смотрю, а те, кто меня резал, рядышком стоят и между собой ругаются. Мол, в больницу я уж никак попадать не был должен, а болваны-служители меня на улице нашли и как раз сюда и притащили. А потом один и говорит: ничего, мол, страшного, все равно этот головорез - то есть я - уже помер, а если и нет, так вот-вот помрет и отправится к Инсанне в виде свеженького трупа. А я даже встать не могу, не то что удрать. Если бы не этот парнишка, так бы все и случилось.