— Лейтенант Извеков, шлюп С-11. У меня почти та же история. Мы катапультировались, трюм с ликанийцами погиб, но из экипажа до поверхности дотянул только я один. Значит, вас там трое, сержант? Других людей поблизости нет?

— Больше никого не видим, — ответил Денис и поинтересовался: — А как у вас обстановка?

— Хреново. Ни одного целого корабля не село, одни капсулы. Эти проклятые лучи перемололи всех.

— А ликанийцы? Уцелел хотя бы один трюм с ними?

— Похоже, что нет… Со мной только земляне, не больше десятка… Все опустились в аварийных капсулах… Нам надо держаться вместе, сержант, поэтому идите на соединение с нами. Включаю для вас маяк.

— Да, идём, — отозвался Денис.

Связь отключилась, и на панели Терезиной рации появилась зелёная стрелка, показывавшая на юго-восток.

— Слышали? — спросил Андрей. — Все ликанийцы погибли. И как же мы без них будем воевать? У нас ведь ничего нет!

Денис промолчал. Пилот был прав. Вести боевые действия на Бракемоне должны были ликанийцы, земляне же только управляли летательными аппаратами. Но кто мог предположить, что до поверхности Бракемона не дотянет ни один трюм с военными? Подобная ситуация даже не предусматривалась планом. И сейчас трое землян оказались на враждебной планете одни и без оружия. Первый же бракемонский патруль возьмёт их, что называется, голыми руками…

— Доберёмся до своих, а там будет видно, — решил Денис. — Возможно, у Извекова есть квантовая рация и нам удастся связаться с кораблями на орбите…

Он сказал это, сам почти не веря в такую возможность. Вряд ли кто-нибудь из землян, покинувших свои корабли в аварийных капсулах, догадался в последние секунды захватить с собой довольно увесистую квантовую рацию. А те передатчики, что имелись у них на запястьях, годились для связи только здесь, на Бракемоне.