- Вы ко мне? - Варфоломей сделал пару шагов в мою сторону, и я убедилась, что мы с ним практически одного роста, но в отличие от меня он по этому поводу не комплексует. Видно, не рвется в топ-модели. Вон какая самодовольная физиономия!

- Мне нужно с вами поговорить, - сказала я многозначительно.

Варфоломей молча указал мне на свою дверь и пропустил вперед, мол, за чем же дело стало, если надо поговорить, то поговорим.

В кабинете Варфоломея все было вполне традиционно: обтянутые модным белым материалом стены, приличная офисная мебель, а на стене урбанистический пейзаж под названием "Летний дождь в Москве" за подписью достаточно известного художника. Но меня это не удивило, я слышала, что этот полуклассик зарабатывает деньги, малюя шедевры на заказ, в прямом смысле под цвет обоев.

Компаньон учтиво предложил мне присесть и поинтересовался с хорошо отрепетированной улыбкой:

- Так по какому вы вопросу? Перепланировка, ремонт?

Я покачала головой:

- Нет, у меня личное.

- Личное? - Брови крепыша приняли форму равнобедренных треугольников. - В каком смысле? - По-моему, он растерялся. Я решила, что железо как раз в таком состоянии, в каком его принято ковать, и выдала без обиняков и оговорок:

- Меня интересует, что случилось с вашим компаньоном!

Варфоломей тряхнул головой, как пес, выбравшийся из речки:

- ..Вы имеете в виду Тимура Алексеевича? Но ведь...

Я нанесла новый удар, прежде чем он успел очухаться:

- Я знаю, что вы хотите мне сказать. Вы хотите сказать, что он погиб в автомобильной аварии. Но это ведь не так, что не секрет ни для вас, ни для меня!

Варфоломей рухнул в кресло - звук при этом был такой, словно мешок картошки с машины скинули, - достал из кармана большой платок, вытер им вспотевшее лицо и включил стоящий на столе вентилятор.