Ричард решил, что она выглядит скорее мертвой, чем живой; так выглядит покойник в гробу, перед тем как отправиться к вечному покою.

Это было невозможно красивое и в то же время глубоко тревожное зрелище. Она казалась не чем иным, как безжизненной статуей, созданной из плоти и света. Спутанные пряди светлых волос, собранные в скрученные, мягко выгнутые дуги и завитки, и даже отдельные их нити застыли совершенно неподвижно посреди воздуха. Ричард по-прежнему все еще ожидал, что она сейчас окончательно и неожиданно упадет на стол.

Осознав, что продолжает сдерживать дыхание, он наконец позволил себе выдохнуть.

По-видимому, в тон с дикой энергией молний, сверкавших за окнами, воздух в комнате отчетливо потрескивал, пропитанный силой, которая даже для нетренированного глаза Ричарда казалась необычайной магией. Это было то самое удивительное свойство воздуха, которое привлекло его внимание еще там, в маленьком читальном зале.

Ричард не имел ни малейшего представления и не мог даже вообразить, что происходит и что является целью такого использования магии. Он был одновременно очарован этим зрелищем и приведен в замешательство тем, что очень мало знал о подобных вещах. Однако самое главное, что для него подобное зрелище было загадочно пугающим.

Выросший в Вестландии, где никакой магии не было и в помине, он время от времени задавался вопросом, чего же такого был лишен, — особенно в такие моменты, как этот, когда ощущал себя беспомощным невеждой. Но в других случаях, подобных исчезновению Кэлен, он начинал ненавидеть магию и не желал иметь с ней никаких дел.