Собралась толпа. Возчики с отобранных саней ругались и грозили то с жалобой до князя дойти, а то и с колами на самих караульных двинуть. Мальчишки швыряли снежками, дразнились, а известный на все Заречье вор по кличке Скрал-скраду, громко возмущаясь безобразием вытягивал уже второй кошель, на этот раз у кучера, попавшего в затор. Сообразительный поваренок из ближнего трактира бегал с лотком, распродавал горячие котлеты, сыпал шутками, от которых румяные женские лица краснели еще сильнее. Затем появился сам трактирщик и поволок поваренка за ухо обратно, объясняя на ходу пагубность подобных поступков, и всем расслышавшим воспитательную речь становилось ясно, откуда парнишка набрался уже и наберется еще разговорных талантов.

Весело! А в зале у князя шел разговор о делах отнюдь не веселых. Третьего дня пришло известие, которого в княжестве ждали долго, и все надеялись, что оно не придет. Две недели назад Стальной Ордой было разбито войско и взята штурмом цитадель короля Арика, а сам Арик был казнен, да так, что прочитав скупое описание, княжеский палач почесал бороду и раздумчиво заметил: "М-да. Такого мы еще не умеем." В другой раз князь наверняка устроил бы лай на тему "А что у нас умеют вообще?", но теперь было не до этого. В тот же час к следовым князьям отправились секретные гонцы, а тот, который привез известие получил для начала в зубы, потом двойную награду - за важность и чтоб сердца не держал, и на прощание напутствие:

- А как ты думаешь, когда об этом народ зашумит?

- Да дней через пять, не раньше.

- Ну это ладно. А вот если раньше - значит кто-то язык за зубами не держал. А за такие вещи известно что бывает. На всю мерку.

Князя не зря прозвали Щедроватым. Говорили еще, что он мягко стелет да жестко спать, но это было уже не настолько верно. Князь Андрей при всем желании не умел постелить по-настоящему мягко, но в то же время жестко спали у него при дворе только самые неумелые.