– Долго ты обманывала барона? – громко спросил Хорек. – Что он в конце концов подарил тебе?

В гостиной зазвучал шипяще-свистящий, угрожающий голос:

– Не поможжет, инспектор… Отдел Арестов не спассет… Сожжру всех…

– И меня? – спросил Хорек.

Одна из пастей широко раскрылась, собираясь заглотнуть сжавшегося в ужасе Тура.

– И тебя… – сказала нечистая.

– Покушение на жизнь имперского служащего! – выкрикнул Хорек Твюдж. – Подать сюда Отдел Казней!

Возникла Улыбка.

Это была широкая, радостная Улыбка. Можно было бы сказать, что это Улыбка от уха до уха – но уши отсутствовали. Пухлые розовые губы раздвинулись, уголки изогнулись еще больше…

– ПРИНЯТО! – сказала проекция ОК.

Нечистая напряглась, пучась и вздыбливаясь над подлокотниками. Кресло с треском сломалось, рассыпавшись обломками. Улыбка опустилась к полу. Нечистая, выпустив близнецов и Башата с Рыцарем, ударила по ней щупальцами, но это ни к чему не привело. Проекция Отдела Казней, в отличие от других, была неуничтожима – слишком крутая личность стояла за ней.

– Неч-честно… – прошипела нечистая.

Улыбка опустилась еще ниже. Раздался громкий чавкающий звук.

– Ну вот, – сказал Хорек, когда проекция ОК, которая на жаргоне Императорских служащих называлась Улыбкой Смерти, исчезла. – Подведем итоги. В том свертке, который подарил барон «супруге» прошлым вечером, было, скорее всего, зеркало. Как давно нечистая заняла место баронессы, можно только догадываться. Во всяком случае, достаточно для того, чтобы тем или иным способом избавиться от всех зеркал. Так или иначе, покойный барон о чем-то подозревал, а когда окончательно убедился, что место супруги заняла подземная тварь, сделал тонкий, с его точки зрения, ход – подарил ей зеркало. Тварь, уразумев, что вскоре он при свидетелях разоблачит ее, улучила момент и убила барона.