Стос выслушал этот короткий рассказ с вежливой улыбкой, хотя ему был совершенно непонятен энтузиазм юного создания, а потому он сразу же сказал ей:

— Лулу, я вынужден тебя огорчить. Во-первых, у меня и сейчас с деньгами хреново, я ведь три недели пролежал в онкологии, что является довольно дорогим удовольствием, а ты говоришь мне что-то о хорошем питании, дорогуша. Ну, а во-вторых, с тобой на пузе я ведь и на людях показаться не смогу, не говоря уже о том, чтобы мечтать о работе. Мне, дорогая, придется отпуск брать или увольняться с работы, чтобы сначала самотрахнуться, а потом ещё и саморазделиться. Кстати, Лулу, у нас в кранах течёт простая, несолёная вода, а Москва от моря довольно далеко и это третья проблема. Впрочем, это не самая неразрешимая проблема, я смог бы закупить морской соли побольше и потом бурдючить из неё соленые ванны, но меня больше всего волнует сейчас только одно, — сколько времени займет этот процесс? Поверь, я не зря спрашиваю тебя об этом, так как денег у меня всего семьсот тридцать баксов и нам нужно будет уложиться в эту сумму или мы с тобой оба откинем копыта от голода.

Лулу снова вспыхнула ярким светом от испуга и растерянным голосом сказала:

— Стасик, в условиях твоего мира процесс самоделения займёт никак не менее одного оборота вашей планеты вокруг звезды, кажется, это называется год, но ещё месяца два у меня займёт подготовка к нему. Твоих баксов хватит на это?

Стос схватился за голову и застонал от досады:

— О-о-о, Боже мой, четырнадцать месяцев. Ну, ладно, считаем, что три месяца я ещё буду похож на человека. Господи, да, я же и трёхсот долларов за это время не смогу отложить. О, черт! Что же мне делать? Свой банк, что ли, ограбить?

Лулу, услышав, явно, знакомое слово, оживилась. Сделавшись тёмно-фиолетовой, она спросила:

— Стос, а ты не мог бы показать мне эти самые баксы и объяснить, где их держат люди? Я ведь пока ещё могу изменять структуру своего тела, становиться невидимой и проникать сквозь любые преграды, пробивая в них отверстия любого диаметра своим молекулярным разрушителем.