Присутствие отступника она почувствовала на третий день по едва уловимым следам обработки сознания у некоторых офицеров базы. Потом появились и другие признаки его деятельности, но локализовать чужого, определить место его нахождения она не могла. Все это сильно встревожило не только ее, но и центр, куда она сообщила обо всем по телефону. Ей был отдан приказ немедленно возвращаться. А потом в нее стреляли…
Произошло это на вокзале в Ванино, незадолго до отхода поезда, и Анна так и не поняла, почему ей не удалось просчитать убийцу заранее. Скорее всего, решила она, сознание старшины спецназа морской пехоты, специалиста по грязным операциям, было обработано противником, иначе он не сумел бы подойти к ней так близко.
Когда пуля ударила в грудь, она не только не потеряла сознания, но даже сумела собраться и принять необходимые, хоть и запоздалые меры. Стрелок получил импульс такой силы, что пришел в себя только через час. Это Анна проделала инстинктивно, на автомате. Но убийцу страховали, и ей пришлось включить весь свой опыт и возможности. Несколько человек на перроне недоуменно закрутили головами, заметались, забегали, неожиданно потеряв ее из вида. А она, закрывшись от наблюдателей, которые видели вместо нее пустое место, проскользнула в пустой кабинет в административном крыле вокзала и занялась раной.
На перроне, где Анна появилась за десять минут до отправления поезда, ее искали уже пятеро штатских и три милиционера. Приказ они имели четкий — объект брать без церемоний, в случае сопротивления — стрелять. Был тут и их главный, морпех в чине капитана, но в форме сержанта милиции, и приказ он имел самый определенный — объект не должен остаться в живых ни при каких обстоятельствах.
Облава была организована по всем правилам, но охотники не подозревали, с кем им пришлось столкнуться. Севшая в поезд молодая, миловидная, хоть и немного бледная женщина ничем не напоминала объект их охоты. Преследователи прочесывали поезд до самого Хабаровска, причем в Комсомольске-на-Амуре их количество удвоилось. Но беглянка, будто в воду канула. Ни одна из пассажирок даже отдаленно не напоминала ту женщину, которая была изображена на выданных им фотографиях.