«Ты думаешь, хоть кто-то уцелел?»

Даже в темноте Лин не смотрел на меня. Я знала это, хоть и не видела ничего дальше собственного носа. Он боялся моих взглядов. Всегда. Я не чувствовала в нем любви, и думаю, именно этого он стыдился. Нас осталось так мало в этом огромном мире, но человеческому сердцу не прикажешь. Любовь избирательна. Ее нельзя вывести математическими величинами. Мои далекие предки были математиками, и я, слушая голос памяти, понимаю это лучше других.

«Я не знаю»

Все, что он мне тогда ответил.

Оставшуюся ночь мы просидели молча, по горло увязнув в ее холодных глубинах. Так близко друг к другу, что замирало сердце. И так далеко, что этих расстояний мне никогда было не преодолеть.

А утром, когда желтый рассвет, растворил темноту, словно сахар в стакане, нас отыскал Таг. Окровавленный и грязный, перемазанный сажей, он стянул респиратор с лица, и устало улыбнулся.

«Я надеялся, что у этого монстра не хватит мозгов, чтобы завлечь оставшихся вашими маяками»

«Надеялся, что мы мертвы, узкоглазый?»

Фиолетовые губы Лина растянулись в ухмылке.

«О, да, брат. Очень надеялся»

Таг приволок с собой винтовку Миго. И отдал ее мне.

«Гун, ты ведь брала у него уроки стрельбы. Думаю, он хотел бы, чтобы ты присмотрела за его подружкой»

На пыльном стволе, черными каплями, поблескивала застывшая кровь.

«Что это за тварь была, кто мне объяснит?»

Лин пожал плечами, вглядываясь в обгрызенный горизонт. Я заметила, что гранатомет он все также держит наготове.

«Гун?»

«Это Зверь. Тот, о котором говорят люди. Лин, ты не хочешь нам ничего сказать?»

«Только одно. Гранаты против него бесполезны. Смотри»

Он откинул барабан гранатомета в сторону, демонстрируя нам пару пустых камор.

«Обе – точно в цель. Любого бы разорвало на куски. А эта тварь только отшатнулась на пару шагов…»