В городе было тихо, улицы, заваленные камнями и мусором, пустынны и безмолвны. Магазины и жилые помещения с выбитыми оконными стеклами и заколоченными или искореженными дверями тоже пустовали, нигде ни единой живой души. Заржавевшие остовы автомобилей беспорядочно громоздились на мостовой — там, где их бросили владельцы. Некоторые машины еще сохранили что-то из внутренностей, но большинство разобрали на запчасти, и они являли собой лишь металлические каркасы.

Глядя на них, Ястреб подумал: интересно, каким был город, когда у этих машин были шины и колеса, и они мчались на высокой скорости, пролетая одну улицу за другой. Он любил представлять себе, на что должен быть похож город, когда он полон людьми и в нем кипит жизнь. Никто теперь не жил в городах, находящихся за стенами компаундов. Здесь тебя вычислят и подстерегут, если не Уроды, то уличные подростки; и то и другое одинаково плохо.

Он перехватил ребят на перекрестке улиц, отмечавших северную границу Площади Первопроходцев. Для верности Ястреб сразу посмотрел на Свечу. Ясные голубые глаза встретили его взгляд, и она кивнула. Можно двигаться дальше. Свече было только десять лет, но она умела видеть то, чего никто не видел. Несколько раз она спасала им жизнь. Он не знал, как она это делает, — но Призраки были рады заполучить ее в свои ряды, это точно. Ястреб придумал ей хорошее прозвище: она была их светом в борьбе с тьмой.

Он быстро оглядел всех остальных — банда отщепенцев, одетых в джинсы, куртки и кроссовки. Всем им Ястреб дал имена. Он отмел старые имена и снабдил ребят новыми прозвищами, отражавшими их характер и темперамент. Ястреб сказал им: они начинают жить заново. Не следует тащить свое прошлое в будущую жизнь. Теперь все они Призраки, обитающие на руинах разрушенной цивилизации своих предков. В один прекрасный день, когда они перестанут быть беспризорниками и отщепенцами и смогут жить где-нибудь еще, он придумает им имена получше.