Затем этот страх постепенно исчез, превратившись в некую отдаленную угрозу. Вроде рака у кого-то другого. В окружавшем его шуме за стойкой он старался разобраться в своем положении. Губы у него пересохли, под ложечкой сосало.

Он оказался уже в другом мире.

Тот голос еще звучал в его ушах: «Лучше бы все продать, пока не поздно». Зашифрованное сообщение, которое он надеялся никогда не услышать. В своей растерянности он дошел даже до того, что стал спрашивать себя, не был ли это действительно звонок его биржевого маклера. Но это было невозможно: он уже давно продал свой жалкий пакет акций. Он вынырнул из своего бреда и немного успокоился. Надо было действовать.

Он выпил еще три чашки безвкусного теплого кофе, затем снова схватил кейс, решив отправиться в свой банк пешком. Так он убьет еще двадцать минут. Он был одним из первых клиентов и попросил проводить себя к сейфам. В его сейфе лежали какие-то документы и толстый коричневый конверт, который он вскрыл. В нем были плотно уложены двадцать пять пачек по тысяче долларов в каждой. Он закрыл конверт и сунул его в кейс. Там лежал еще кольт 38-го калибра, который он не взял. Ноги у него дрожали. Выходя из банка, он осмотрелся вокруг. Ничего подозрительного не было в напряженном утреннем движении на улице, погруженной в легкий туман. Ему надо было убить еще два часа. Он снова сел в машину и направился к Мемориальному мосту. Как если бы ехал к себе на службу.

В голове у него царил сумбур. Ему было тяжко сознавать, что его жизнь круто изменилась.

Бар «Робин Гуд», расположенный в глубине величественного холла отеля «Виллар», своими деревянными панелями и изображениями охотничьих сцен напоминал роскошную курительную комнату в каком-нибудь поместье в Виргинии. Бар был почти пуст. Приближалось время ленча, но служащие соседнего Белого дома еще склонялись над своими папками. Пол Крамер заказал порцию виски «Джонни Уокер» и уселся лицом к двери.