– Речь главным образом шла об угнанных автомобилях. Вернее, о переброске их через украинско-российскую границу.

– А кроме того?

– Рэкет. Самый банальный рэкет.

– Считаешь, что из-за «банального» рэкета Сережа-Самбо стал бы приезжать сюда из столицы нашей Родины?

– Мне кажется, он готовил своего смотрящего.

– Кажется?.. Когда кажется, Кузьмичев, надо креститься… – Гурин помолчал. – На снимках нет Кобылина… Знаете, кто такой Кобылин?

Кузьмичев усмехнулся.

– Обижаете, товарищ майор. Такие вещи знает даже салага.

– А ты и есть салага.

Опер проглотил оскорбление, пересилил себя, пробубнил:

– Кобылин, он же Кобыла, вор в законе, смотрящий города.

– Он что, не встречался с «высоким гостем»?

– По моим данным, нет.

– Паршиво, – сказал Гурин и через паузу повторил: – Весьма паршиво… Думаю, Сережа-Самбо все-таки приехал к нам не один. Знаешь адрес Кобылы?

– Узнаю.

– Он живет в основном за городом. Поставь наружку из наших ребят… Как бы в ближайшие дни его не отправили в мир иной.

– Как правило, Кобыла обедает в ресторане «Снегирь». Причем в этом вопросе крайне пунктуален. Приходит минута в минуту.

– Вот и понаблюдай. Только сам особенно не светись. Ты в городе человек новый, может пригодиться.

– Надо было об этом раньше думать, – буркнул Кузьмичев. – Уже засветился.

– Не такая уж ты заметная персона. Но на будущее советую держаться больше в тенечке…

Кузьмичев нерешительно потоптался на месте.

– Что делать с Сережей-Самбо?

– Судмедэкспертиза. А остальное – не твоя забота. Приедут «мальчики» и заберут своего шефа.

Загородный дом Кобылы был спрятан за высоким забором, и лишь крыша особняка слегка просматривалась сквозь высокие кроны деревьев. До слуха доносился лай сторожевых собак.

Ворота особняка открылись, оттуда выкатил целый автомобильный кортеж – передний джип, за ним «Мерседес-600» и следом снова джип.