- Здесь кто-то есть. - Диггиррен встал и посмотрел прямо на Этель, которая уже давно поняла, что снимать защиту нельзя. - Этель?

- Диггиррен? - Она рванулась и... прошла сквозь него.

Гиперболический маятник пробил второй раз, снова перед ней сидел этот человек, лицо которого непрерывно менялось.

- Этель, почему ты не захотела объединиться со мной? Зачем ты хочешь моей смерти?

- Отпусти их, - попросила она. - Ты должен понять, что все равно умрешь. Как только в реальности отключат энергию, вы исчезнете.

- НЕТ! - Существо заколыхалось, и сейчас в кресле возник Строггорн.

- Ничего не говори, девочка. У меня несколько секунд на все, а без меня тебе не выбраться отсюда. Ты нарушила стабильность системы, мы вернемся. Теперь уходи, я выброшу тебя сразу на обрыв, дальше мне не хватает времени. Постарайся не заблудиться!

Пока он это говорил, его фигурка все время удалялась, а Гиперболический маятник непрерывно бил. На двенадцатый удар Этель очутилась на обрыве. Она очень устала и попыталась сосредоточиться, представив Десятимерный операционный зал, но, вместо этого, возник снова болотистый лес. Ноги по щиколотку были в воде, а сил идти не было. Этель с трудом вытащила ногу и переставила ее на кочку, но та погрузилась тут же в воду, начинало засасывать. Она подумала, что все равно этот лес бесконечный, бессмысленно пытаться куда-нибудь дойти, и поэтому просто наблюдала, уже не пытаясь выбраться, как ее тело медленно затягивает болото.

Антон, сын Этель, следил за аппаратурой в Большом операционном зале. Шли третьи сутки, как ушла мать, и с тех пор никто ничего не знал о ней, но аппаратуру, поддерживающую жизнь в Советниках, не выключали. Сработал сигнал, Антон увидел, как на объемном экране побежали импульсы, показывая увеличение активности мозга Советников, а еще, буквально через секунду, Машина начала отключать системы жизнеобеспечения. Антон такого приказа не давал, и, значит, они отдали его сами.