— Отдохни, — в конце концов, сказала Фьорда. Она и сама жутко устала, но дорогу нужно было проверить до конца, а Слюда все равно ничем помочь не могла. С собой Фьорда ее взяла только потому, что согласилась с решением, сделанным Полыней за всех: пойдут две террии и пойдут те, кому проще будет существовать в городе. Сама Полынь, естественно, отправиться туда не могла, как и Нилия — из живой зелени в городе были разве что цветочные кусты в горшках да может чахлые деревья в особо дорогих жилищах. Вроде еще существовали парки и скверы, но из новостей, изредка подсматриваемых терриями в домах деревенских жителей выходило, что вся городская растительность давно уже состоит лишь из стекла и пластика.

Легче всего пришлось бы Летящей, но она была самой рассеянной и нерешительной — посылать такую на поиски все равно, что принуждать котенка растерзать огромного буйвола — утомительно и совершенно бесполезно.

Собственно, выбора-то особого и не было — Фьорда единственная, кто полностью чувствовал Лайру, а Слюда могла существовать в городе так же просто, как в своем горном доме, так как ее Сути, пусть и измененной, там было предостаточно. Кроме того, они умели общаться мысленно и получалось очень неплохо, гораздо лучше, чем у остальных.

От отдыха Слюда отказалась, энергично помахав головой и продолжила следить за напряженной Фьордой, стараясь помочь хотя бы тем, что не оставлять одну.

В город они попали к вечеру следующего дня. Огромное изломанное существо появилось на горизонте задолго до того, как поезд добрался до вокзала и приближалось рывками, сохраняя напускную невозмутимость и отрешенность. Фьорда ощущала страх сестры, да и сама с трудом удерживалась от воспоминаний о словах-правилах Матушки.

"Никогда не приближайтесь к городу" — один из строжайших запретов, оставленный ей терриям. Сестры всегда беспрекословно следовали всем навязанным ею правилам, но дело в том… что матушка не оставила никаких инструкций, которые могли бы пригодиться в сложившейся ситуации — пропаже сестры.