– Все в порядке! - как мог веселее сообщил Топус. - Посмотри на солнышко-то! Давно, наверное, не виделись?

Нинон осторожно открыла глаза, поморщилась.

– Дом не спасти, - сказала она. - Прощай, милый дом! Мне было там хорошо…

– Дом можно построить и другой, - заметил оптимистичный Топус, привыкший жить в хижине. - Главное, что все уцелели!

– Откуда ты это знал? - рядом оказался Корнелий под руку с Матильдой, оба притащили по большому узлу. - Моя родня набежала, хотели тушить. Но пьяные все, усталые, я и говорю: да черт с ним. Прямо так и сказал!

– Вот куда все катится, Огурцов? - печально спросила Матильда.

– Здравствуй, Нинон. Рада, что с тобой все в порядке. А теперь, знаешь, Свобода! Мужики пьют и все горит вокруг, а им наплевать!

Гнома и арахна обнялись. Впрочем, Топус заметил, что Матильда не слишком рада прикосновениям несоразмерно длинных пальцев Нинон. Блеснули вживленные провода.

«А все же арахны не созданы для демонстрации, - подумал Топус. - Такой народец должен жить скрыто… А голоса у них красивые!»

– Все, спасать никого не нужно? - спросил, подходя, чуть запыхавшийся Ольдек. - А слышали, федераты говорили про крест? Так вот он! Смотрите!

К юго-востоку в небе и правда расплывался огромный темно-серый крест. Выглядел он довольно-таки зловеще. Или, как минимум, неаппетитно. Захныкала Нинон.

– Крест Свободы, - промолвил Топус.

– Ну, а что такого? - Гоблину не понравилось общее уныние. - Прагматично. Ночью наверняка начнет светиться. Знаете, моя будка совсем недалеко, а в холодильнике полно продуктов - я, как назло, собирался жениться, закупился как мог. А теперь электричества нет.