Он вылез из машины и принялся глядеть в небо, шевеля губами.

- Так я и думал,- наконец сказал он.- Мы попали на нужную широту, но сделали по ней небольшой зигзаг вправо.

- Сколь же велик зигзаг? - мрачно спросил Рахимбек.

- Пустяки! Всего каких-нибудь семьсот дней пути на ишаке.

- О презренный негодяй, достойный лишь выгуливать собак! - возмутился бородач.- Разве ты не знаешь, что мы должны быть в Бухаре уже ко времени утренней молитвы?! Знаешь ли ты, что с тобой сделает пресветлый эмир; когда узнает о твоей пьяной выходке?

- Но мы пили все вместе, уважаемый Рахимбек,возразил Дадабай.- Я даже думаю, что зигзаг мы дали в тот самый момент, когда ты на ходу открыл дверцу и, распевая песни, свесился наружу, а Абдулла был вынужден оторваться от пульта и втащить тебя обратно, чтобы ты не вывалился. Вспомни, что ты сидел как раз с правой стороны...

- Оставим эти распри,- перебил его бородач.- Они приличествуют более каким-нибудь базарным торговцам, но не благородным учёным мужам, которые своей великой умеренностью и воздержанием заслужили благосклонность несравненного эмира. Что бы там ни болтали трусливые пленники, каждому мудрому и справедливому человеку понятно, что мы побывали именно на Британских островах и захватили как раз тех, кто нам нужен: Рамсея и Беста. А кто думает иначе...- Рахимбек многозначительно посмотрел на притихших пленников,- да покарает тех аллах рукою его верного слуги Абдуллы!

- Вот слова, порождённые самой мудростью и сестрой её благородством,- растрогался Дадабай.- К тому же, о чужеземцы, если вы даже будете морочить голову блистательному эмиру, что вы якобы не те, кого он ждал, всё равно из-за каких-то докучливых болтунов он не станет гонять туда и обратно машину времени. Это будет слишком большим бременем для его казны. Гораздо дешевле посадить вас на кол. Ясен ли вам смысл моих слов, о уважаемые Рамсей и Бест?

- Да, да, конечно,- пробормотал Валерий Макарович. Есаулов молча кивнул. Способность говорить ещё не вернулась к нему.