Качество управления значения не имело. Несмотря на лета, Эдуард Игнатьевич изумлял своих подчиненных новыми оригинальными идеями, сыпавшимися на их головы буквально ежеминутно. Многие удивлялись, каким образом от раскладывания пасьянсов в тишине и холоде собственного кабинета можно сохранить присутствие духа, здравый ум и твердую память, коими так гордился действующий директор.

- Доброе утро, коллеги, - нараспев поприветствовал директор собравшийся народ. - Так, а что это мы тут сидим? Почему не работаем?

Народ переглянулся и дружно посмотрел на секретаря, Тоню, девчонку сговорчивую, покладистую, уступчивую и всегда искренне желающую помочь. В своем деле Тоня не знала равных, что, однако, не афишировала на каждом углу и за это пользовалась заслуженным уважением коллег.

- Так, Эдуард Игнатьевич, у нас дверь в учебный отдел не открывается, думаем, чем взломать, - невозмутимо объяснила Тоня. - Может, чайку?

Попасть в рабочий кабинет сотрудникам удалось только через два часа. И только через форточку. Старая качающаяся стремянка с подпиленной третьей ступенькой стояла на земле под окнами учебного отдела; ржавую металлическую решетку пришлось сбить ломиком, так вовремя найденным Полуэктом Полуэктовичем, начальником отдела ТСО филиала, в собственном бездонном дипломате. Еще там обнаружились: два сверла, дюбель, отвертка, отбойный молоток, два мотка плексигласовых шнурков повышенной прочности, две коробки с гвоздями, плоскогубцы, винты, триста двадцать шурупов, сорок два метра проводов, обломки мониторов, хвосты мышек (тапочки тараканов потерялись при транспортировке), одна раздолбанная клава, постное масло для смазки и приготовления салатов, спирт - протирать приборы (а Вы как думали!), скрепки, микросхемы, бублики, сахар, заварка и штурвал от самолета (в хозяйстве пулемет пригодится!). Помимо прочего, в бездонном чемоданчике нашли свое пристанище двадцать три сломанных МТ-шки, как сокращенно обзывались мини-тестеры, специальные приборчики для тестирования, в народе также именуемые тетрисами.