Он осмотрелся внимательнее. Да, окружающий мир был непривычен и незнаком, вокруг говорили на непонятном языке, а одежду женщин и девушек царь назвал бы легкомысленной. Но в остальном они ничем не отличались от ариев! Чужаки – очевидно, иноземцы – тут, правда, тоже присутствовали, хотя их было совсем немного. Они не веселились вместе со всеми, но стояли, сбившись в кучу, негромко переговаривались, крутя головами, и время от времени поднося к лицу какие-то небольшие черные коробочки. На лицах одних из этих иноземцев Володар читал всего лишь удивление и интерес к чужой жизни, на лицах других же – зависть и скрытую ненависть. А еще спустя мгновение он все понял…
Этот город и эти люди и вправду совсем не чужие ему – потому что Боги позволили царю увидеть, как живут потомки, как живут те, кто сквозь тысячелетия, сквозь всю череду бедствий и катаклизмов, войн и революций, кровавых смут и не менее жестоких тираний пронесших в себе тот огонь Свободы, Правды, Отваги, который некогда зажгли легендарные нордические праотцы! Пусть они, быть может, не помнят даже имен своих древних предшественников, но – Володар был в этом уверен! – их глаза были полны тем же светом Правды, а рука тверда и в труде, и на войне. Золотой Коловрат над площадью – что могло лучше передать связь поколений? А значит – ариев корень, Россы не сгинули без следа, но живут и будут жить в веках!
Стоило Володару подумать обо всем этом, как язык окружающих стал ему понятен. Проходя мимо людей, он слушал, о чем они говорят – а говорили о разном, и не все находило свое место в разуме царя. Говорили о знаменитых лицедеях и о строящемся недалеко мосте, о встрече послов разных стран где-то за морем и том, какую одежду следовало носить этим летом, о новых законах и о том, что молодежь, не заставшая прежних порядков, совсем распустилась (царь только покачал головой – так говорили во все времена те, кто смирился с приближением старости…). Говорили и об этих прежних порядках: Володар узнал, что не так давно здешним народом правила шайка узурпаторов, которая низвела людей до состояния рабов, жестоко расправляясь с непокорными.