Выстрел.

Там. Это одиночка. Он вооружен. Он стрелял. Я его вижу. Обезвредить.

Последняя мысль принадлежала Строму - в подобных ситуациях он всегда проявлял инициативу. Он бросил совок Бола, и тот с легкостью метнул его в цель.

Под тополями, с пистолетом в руке, стоял Малкольм Лето. Видимо, он только что вышел из леса и спустил курок. Удар лопатки пришелся прямо по его пальцам, и оружие упало на землю.

- Сукины дети! - заорал он, приплясывая от боли и дуя на пальцы. - Проклятая цепочка!

Мы подошли ближе. Стром снова растворился на заднем плане, я же выступила вперед. Лето внимательно наблюдал за нами. Один раз он взглянул на пистолет, но поднять его не решился.

- Что, вернулись вытоптать все остальное? Я улыбнулась:

- Нет, мистер Лето. Мы пришли, чтобы извиниться - как добрые соседи. И вовсе не затем, чтобы вы нас подстрелили.

- Откуда я знал, что это не воры? - проворчал он.

- Здесь нет воров, нет нигде, вплоть до ближайшего христианского поселка.

Он потер пальцы и криво усмехнулся:

- Да уж, могу себе представить… С вашим братом шутки плохи. Стром мысленно подтолкнул меня, и я поспешила добавить:

- Мы принесли вам новое растение в качестве компенсации за сломанное.

- Вот как? Значит, я должен извиниться, что напугал вас. - Он перевел взгляд с дома на меня. - Не возражаете, если я подберу свой пистолет? Вы ведь не будете больше швыряться всякой дрянью?

- А вы не будете больше стрелять? - Кажется, по отношению к последнему члену Сообщества это прозвучало слишком дерзко, но, похоже, его это ничуть не смутило.

- Ладно, все по-честному.

Он подобрал оружие и, раздвинув нас плечом, зашагал к дому. Увидев саженец томата, присыпанный свежей землей, он пробормотал:

- Надо было с другой стороны посадить…

Я ощутила растущее в нас раздражение. Этому человеку невозможно угодить.