До мостика Наташа добралась на несколько секунд раньше, чем обычно. Но, казалось, ни Райкер, ни капитан этого не заметили. Мужчины даже не обернулись, когда лейтенант Яр вышла из турболифта. Девушка заняла место за пультом тактического ведения боя и стала внимательно изучать показания основного экрана. Из приемника внешней связи слышался сигнал бедствия, но на экране не было видно ничего, что представляло бы особый интерес.

– Пока никакого ответа, – сообщил лейтенант Уорф, останавливаясь возле кресла Наташи Яр.

– Почему меня не вызвали сразу, как только получили сигнал? – сердито прошипела Яр.

– Я был занят, – огрызнулся Уорф.

– Это я должна объявлять тревогу, – Наташа поняла, что попытка привлечь внимание капитана оказалась безрезультатной и понизила голос, отчего и ярость ее тоже слегка поутихла. Она понимала, что раздражение не может произвести особого впечатления на клингона. Бурные проявления чувств представителей человеческой расы были для него чужды, и он воспринимал их словно теплый летний дождик.

– Я был занят.

Неожиданно Яр чересчур увлеченно углубилась в выполнение обязанностей, тем самым прекратив односторонний спор.

Показания сканера изменились: пунктир оранжевых черточек был чуть заметен, но виден отчетливо.

* * *

Джорди ля Форж выскочил из каюты и тут же наткнулся на кого-то, кто загораживал вход. Сильные руки подхватили его, не давая упасть.

– Что ты здесь делаешь? – удивился Джорди, узнав своего друга Дейту.

– Жду тебя, – ответил Дейта.

Без особых усилий он поставил товарища на ноги и зашагал вперед. Со стороны они выглядели удивительной парой. Лейтенант ля Форж был значительно ниже и толще своего друга. Темно-коричневая кожа резко контрастировала с бледной кожей Дейты. В свою очередь желтовато-карие глаза Дейты более подходили по цвету к лоснящемуся лицу Джорди.

– Так что там случилось? – спросил ля Форж, вскакивая в турболифт.