Мисс Сидли упала, огромные колеса, дымясь сожженной резиной, замерли в восьми дюймах от ее хрупкого, затянутого в корсет тела. Она лежа на мостовой, слыша шум собирающейся вокруг толпы.

Повернулась, увидела таращащихся на нее детей. Они окружили ее плотных кольцом, как окружают могилу родные и друзья, пришедшие проститься с покойным. А в первом ряду стоял Роберт, маленький могильщик, готовый бросить первую лопату земли ей в лицо.

Откуда=то издалека доносился дрожащий голос водителя: «… сумасшедшая, не иначе… еще полфута и…»

Мисс Сидли сомтрела на детей. Их тени падали на нее. Их лица напоминали бесстрастные маски. Но некоторые улыбались тайной улыбкой, и мисс Сидли поняла, что скоро она снова закричит.

Но тут мистер Хэннинг разорвал плотное кольцо учеников, разогнал их по домам и по лицу мисс Сидли покатились слезы.

* * *

Месяц она не появлялась в своем третьем классе. Спокойно сказала мистеру Хэннингу, что ей нездоровится, и мистер Хэннинг предложил ей обратиться кв рачу и обсудить с ним возникшие проблемы. Мисс Сидли согласилась с тем, что это наиболее разумный выход. И добавила, что готова немедленно подать заявление об отставке, если будет на то желание школьного совета, хотя ей, конечно же, не хотелось бросать любимое дело. Мистер Хэннинг, смутившись, ответил, что необходимости в этот нет. В результате в конце октября миссис Сидли вновь появилась в школе, готовая вступить в предложенную ей игру. Теперь она знала, как в нее играть.

Первую неделю она ничего не предпринимала. Ей казалось, что весь класс следит за ней враждебными, недобрыми глазами. Роберт загадочно улыбался ей с первой парты, и она решалась вызвать его к доске.

Когда же она дежурила на детской площадке, Роберт, улыбаясь, подошел к ней с мячом в руках.