— Это имеет какое-нибудь отношение к моей дочери?

— Да.

— Хорошо. Тогда немного подождем, пока принесут кофе, и вы мне поведаете обо всем, что произошло в округе Раджер. Если могу чем-нибудь помочь, то я — в вашем полном распоряжении.

— Мне необходимо чудо, сэр.

— Ну, выкладывайте же, сынок. Ваш шеф утверждал, будто вы — его лучший сотрудник. И я ему вполне доверяю. Так что же случилось? Вы не поладили с Ди? А она о вас очень хорошо отзывается.

— Мы прекрасно ладим, сэр, но ей там оставаться опасно.

— Ди все равно никуда не уедет, Карл. Там ее дом. Что бы ни произошло, она все сдюжит. Там похоронен чау-чау.

— Кто?

— Ее собака. Какие-то… доброжелатели в прошлом году отравили ее. Если вам, кстати, удастся выяснить, кто именно это сделал, считайте, что чек на десять тысяч долларов у вас в кармане.

— Но суд-то не примет к рассмотрению это дело, даже если мы и найдем этих мерзавцев, мистер Коннерс. Это жестокий проступок, не более.

— Суд, мой мальчик, — неожиданно возразил Коннерс, — не будет иметь к этому никакого отношения.

— Хорошо, сэр. — По решительному тону следователя Коннерс понял, что тот сделает все возможное.

Карл добавил в кофе сахар и сливки и только тогда начал свое повествование:

— Насколько я понял из рассказов отца, а потом слышал и от других людей, все это началось давным-давно. Примерно в те времена, когда родился Иисус Христос. Именно тогда и Дьявол произвел на свет близнецов — двух самок. Одна имела человеческий облик, другая — кошачий.

Эд Коннерс опрокинул чашку с кофе на свою белоснежную рубашку. Аккуратно промокнув пятно салфеткой, он, не мигая, уставился на Карла.

— Вы сюда явились сказки рассказывать?

— Я как никогда серьезен, сэр. Коннерс налил себе новую чашку.

— Продолжайте.