Бывали и еще подобные истории. Это его выражение лица узнавалось. А сейчас еще Егор его и сам спровоцировал.

Неожиданно подал голос Тезка и предложил попробовать проехать по железнодорожному полотну. Егор с надеждой покосился на Макса, но тот только скривился.

Стас начал спорить, Егор вздохнул и полез в карман за сигаретами.

- Пойдем?

Отошли в сторонку.

- Как стемнеет, - сказал Максим, жадно затягиваясь и разглядывая снег под ногами. - Подъедем тихо. Понаблюдаем… Живут они, скорее всего, в этих бараках… Посмотрим в каких… Ночью поставим пулемет правильно, двери заблокируем и гранаты в окна… Гранат у нашего гамадрила много… Легко! - преувеличенно аккуратно растоптал кедом окурок, запихнул его в сугроб и поднял глаза на Егора.

Тот мялся. Было страшно.

- Макс. - решился наконец. - Я не хочу. Боялся неизвестно чего. Обиды, презрения. Неизвестно чего.

Почему? - спросил Максим после длиннойдлинной паузы, опять уткнувшись глазами в дорогу.

Не знаю. - судорожно дернул Егор плечами. - Просто… Нам нельзя так. Это не мы… Мы… не можем мы… - хотелось как-то объяснить, растолковать, но выходило как-то жалко. - Понимаешь?

Макс хотел что-то горячо сказать, но, не успев, оборвал себя. Прикусил губу.

Опять помолчали.

- Ты решил?

- Да. -А если я пойду туда один?

- Я тебя не пущу. Макс резко повернулся и отошел. Присел на кор

точки. Егор ждал. Длилось это долго, и по мере ожидания тревога то

усиливалась, то вроде бы отпускала.

Потом Максим встал. Встал и со злым и решительным лицом пошел на Егора. Подошел близко и вдруг неожиданно ткнул пальцем в живот.