Поток нахлынувшей информации едва не спалил вживленный процессор заодно с мозгом, в глазах потемнело, из носа брызнула кровь. Спустя вечность Леш обнаружил себя сидящим на полу, и вовремя - звездолет тряхнуло так, что, не уцепись он за жестко закрепленный стул, катиться бы ему до самой двери. Пляшущие перед глазами пятна и линии постепенно сложились в размытое подобие стартовой страницы Бреда. Ее-то Лешу и надо было. Приноровившись ко второму зрению, андроид мысленно запросил информацию о состоянии корабля. Искусственный интеллект заметно перетрухнувшего Бреда угодливо развернул перед Лешем схему управления звездолетом, из коей следовало, что последний не управляется никем вообще по причине механического повреждения одной из плат главного блока.

Леш, ничего не понимая, уставился на вскрытую им же панель, в нижней части которой и заключался вышеупомянутый блок, до разборки представлявший собой монолитный корпус с нетронутыми пломбами изготовителя. Сломать блок, просто пнув по нему ногой, чем частенько грешил бортмеханик, таким образом выражавший свое возмущение от проигрыша Бреду в шахматы, представлялось невозможном благодаря пятисантиметровому титановому сплаву короба. Разбирался он начиная с рельефной клавиатуры со встроенными по краям динамиками для общения с Бредом напрямую; от клавиатуры, в чем Леш успел убедиться, тянулись комья скрученных и переплетенных проводов, а уж где-то под ними находился сам блок в дополнительной герметичной скорлупе.

Руководствуясь антинаучным принципом "клин клином", Леш стукнул по корпусу ногой - естественно, не оставив на том даже царапины. Разбирать сверху? Леш был совсем не уверен, что после сборки на полу не останется "лишних" деталей. На всякий случай он присел на корточки и внимательно осмотрел блестящий титан. Ни вмятинки, ни трещинки - только десяток синеватых комочков жевательной резинки, прилепленных неряшливым бортмехаником.