Сколько ей лет? - Двадцать шесть. Девятнадцатого сентября исполнится двадцать семь. - Фотографию ее захватили с собой? - Конечно! Едва уловимым движением он извлек из бокового кармана портмоне и вынул оттуда несколько снимков. - Вот, пожалуйста, можете полюбоваться. Если быть до конца откровенным, любоваться было особенно нечем. Выглядела она на все тридцать пять. Крашенная блондинка с толстыми, как у негритянки, губами и распутным взглядом. - Вы хотите, чтобы я ее разыскал? - пробормотал я, продолжая разглядывать фотографии. Чувства при этом возникали самые противоречивые. Наиболее отчетливое из них, наверное, могло быть созвучно реакции критика, которого вынуждают написать рецензию на скучный многопудовый труд. - Знаете, я уверен, что рано или поздно она появится сама. Но моя жена... - Одним словом, вы все же хотите, чтобы я взялся за ее поиски? - Да. Не могу утверждать, что он встал по стойке смирно, поскольку он сидел. Но сел он по стойке смирно - это уж точно. Я тяжело вздохнул. - Хорошо, однако для этого потребуются некоторые средства... - Ради Б-га! Я готов. Он снова вытащил портмоне. - О, нет! - запротестовал я. - Не сейчас и, разумеется, не в рублях.

Г Л А В А 3

Вряд ли можно утверждать, что личные дела Варвары Галаган не минули пристального ока ее родителей. Выудить, во всяком случае, из них удалось немногое. С шестнадцати лет Варвара практически с ними не жила, с восемнадцати была полностью предоставлена себе самой, часто наезжая к родителям за границу, но надолго не задерживаясь. Почти в совершенстве владела испанским, немного - китайским и корейским. Единственная близкая подруга, о которой было известно родителям, проживала сейчас в Испании, вышла замуж за барселонского банкира Эмилио Караса. Так что все дороги, как говорится, вели на Пиренеи. Тем более, что в московской квартире семьи Галаган была найдена открытка с видом крепости, расположенной на верхушке скалы и очень напоминающей "Ласточкино гнездо". На обратной стороне имелась надпись: