За время нашего разговора она впервые улыбнулась. - Оставим эту болтовню. Ведь вам нужны сведения, не так ли? - Да, но ради общего дела, мы же с вами союзники,- заверил я. - Возможно. - Она смотрела на меня уже с симпатией. - Когда исчезла ваша дочь? - Девятого февраля. Ушла на работу и не вернулась. - И не оставила никакой записки? - Нет, но... - Она пристально вгляделась в меня. Потом продолжила: - Через день от Симы пришло письмо, которое было брошено в Москве. В милиции я ничего об этом не сказала, иначе бы они совсем отказались от поисков. Так что не подведите меня. - А что было в письме? - Она сообщала, что нашла хорошую работу. Но жить ей придется далеко, поэтому она уехала, заранее не предупредив. Была уверена, что иначе я ее не пущу. Конечно, я бы не отпустила! - Так, может, с ней все в порядке? - Вот видите! - Она всплеснула руками. - Как предусмотрительно я поступила, не рассказав о письме в милиции... Во-первых, она обещала и в дальнейшем хотя бы раз в месяц писать... - А больше писем не было? - Нет. А, во-вторых... - Можно мне взглянуть на него? Отс-старшая замерла в нерешительности. - Я бы не хотела лишних неприятностей. - Обещаю! Она порылась в сумочке, извлекла сложенный вчетверо лист и протянула мне. Там было всего несколько строк:

" Мама! Все в порядке! Мне предложили хорошее место. Это далеко, и я уезжаю не попрощавшись, во избежание душераздирающих сцен. Писать буду раз в месяц. Пришлю денег. Сима."

Я вернул письмо Отс. Нельзя сказать, чтобы оно было пронизано теплотой и любовью. - Это ее почерк? - Конечно. Удивительно. - А какое у Симы образование? - поинтересовался я. - Разумеется, высшее. Она - экономист. Причем, очень толковый, закончила экономическое отделение МИМО. Но кого это здесь интересует? - Вот именно, - подтвердил я. Она удивленно вскинула брови. - Что вы хотите сказать? - Кого это здесь, в России, интересует, - повторил я, сделав ударение на названии страны, проявляющей полное безразличие к хорошим экономистам.