- "Джоника" (Папика) всегда надо вымуштровать. Особенно если он с претензией на сексапильность, обязательно говоришь: "О, никогда больше не делай мне больно". "Джоник" (Папик) - это не какой-нибудь безмазовый ублюдок. Когда связываешься с безмазовым все время должна быть настороже. Ничего ему не даешь. Безмазового просто потребляешь. "Джоник" же дело другое. Даешь ему то, за что он платит. Когда ты с ним, наслаждаешься собой и делаешь ему так, чтобы он тоже перся от себя самого.

- Если действительно хочешь опустить мужика, закури в разгар ебли сигарету. Конечно, на самом-то деле меня мужики в сексуальном плане совершенно не прикалывают. Вот от кого я по-настоящему в тасках, так это от баб. Просто кончаю, когда удается снять и духовно сломать очередную гордую чувиху, заставив ее осознать, что она - только животное и ничего больше. А ведь после того как ее сломали, чувиха уже никогда не будет казаться красивой. Согласись, отдает превратностями семейной жизни,- заметила она, обращаясь к радио, которое было единственной отдушиной в этой комнате.

Как только она заговорила о мужиках, которые пристают к ней на улице, ее лицо исказило выражение обезьяноподобной ярости.

- Сучье отродье!- рычала Мэри. - Заговаривают, только если ты не похожа на ту, что сразу дает. Я частенько прохаживаюсь по улице со свинцовыми кастетами под перчатками и жду одного - когда кто-нибудь из этого быдла попытается до меня домогнуться. x x x

Как-то раз Герман сообщил мне, что за семьдесят долларов можно зацепить кило первоклассной Новоорлеанской дури. Теоретически торговать травой весьма прибыльно, равно как и заниматься животноводством или разводить лягушек для французских ресторанов. Семьдесят пять центов за косяк, в унции ( 28,3 г.) семьдесят косяков, здесь явно пахло деньгами. Уверившись в этом, я купил траву.

Вместе с Германом мы составили пушерский тандем.