Он поманил Джейн пальцем, она прыгнула ему на плечо, и они вышли из дома.

Дрессировка животных была единственной слабостью Модеста Фомича, над которой часто подшучивали сослуживцы. За глаза его даже называли "Укротитель". Весь свой небольшой досуг он посвящал изучению книг по зоопсихологии и экспериментам с домашними животными.

Сегодня должна была начаться давно задуманная программа обучения Джейн танцам.

Модест Фомич прошел в конец бульвара на небольшую площадку, носившую название "клуб пенсионеров", и уселся на облюбованную им скамейку.

В этот час в "клубе" было еще мало народа, и Никулин начал заниматься с Джейн, не опасаясь зевак, могущих отвлечь кошку.

Однако вскоре на площадке появился толстый, низенький человечек, с интересом наблюдавший за тем, как Джейн ходит на задних лапах. Он проторчал около них всё утро и удалился только тогда, когда Никулин отправился с Джейн обедать.

Так продолжалось несколько дней. Ежедневно Никулин заставал утром на площадке толстяка, явно поджидавшего начала занятий с Джейн.

Наконец, однажды утром, толстяк сел на скамейку рядом с Модестом Фомичом и кратко сказал:

- Будем знакомы, - доктор Гарбер, пенсионер.

Никулин пожил протянутую ему плотную, волосатую руку и назвал свою фамилию.

- Должен сознаться, - сказал Гарбер, - что ваши опыты с кошкой меня очень интересуют.

- Вы любитель животных? - спросил Никулин, бросив исподлобья взгляд на доктора.

- По правде сказать, нет, - ответил тот. - Ваши опыты интересуют меня не потому, что я люблю животных, а потому, что меня волнует будущность человечества.

Никулин недоуменно взглянул на Гарбера:

- Простите, но какая связь между кошкой и будущностью человечества?

- Постараюсь вам объяснить. Сколько вам лет?

- Шестьдесят, но какое это имеет значение?

- А сколько лет было потрачено на ваше обучение?