Задача оперативников состоит уже не в том, чтобы оставаться постоянно невыявляемыми -потому что это просто нереалистично.
Вместо этого у них теперь две главные задачи. Во-первых, двигаться достаточно быстро, чтобы свидетельства об их делах могли быть собраны только после уже произошедшего - как часть криминального расследования. А во-вторых, сделать так, чтобы все эти разнообразные свидетельства, неизбежно появляющиеся постфактум, сколь бы убедительными они не выглядели для идентификации преступников, при этом оставались бы лишь строго косвенными уликами.
И вот сегодня, когда вовсю полыхает скандал вокруг убийства в Дубаи, хоть кто-нибудь знает настоящие личности хотя бы кого-то из этих израильских оперативников? Фактически, нет ничего, что мешало бы официальным лица Израиля делать именно то, что они и делают -отказываться как подтверждать, так и отрицать свою причастность к этой операции, попутно настаивая, чтобы их обвинители предъявили по-настоящему неопровержимые доказательства.
Конечно, соглашается далее Р. Гренье, негативная дипломатическая и общественная реакция тоже важны для государства Израиль. Но ведь в целом это уже совершенно другой вопрос, не так ли? Поскольку такого рода цена вполне предсказуема, решение о запуске подобной операции в глазах руководителей Израиля выглядит как что-то типа калькуляций - оправдают ли прибыли от операции её цену или нет.
И перед тем, как нам, сторонним наблюдателям, делать какие-либо собственные выводы на данный счёт, давайте, предлагает Гренье, кинем беспристрастный взгляд на содержимое той цены, которую приходится платить. Да, целый ряд западных стран сегодня заметно раздражен на Израиль из-за того, что он использовал их паспорта и украл личности их граждан. Но, рассуждая реалистично, что они теперь предпримут? Насовсем разорвут отношения? Вряд ли.