- Вообще не понимаю, с чего вдруг такие нападки? - Прости... - Вилкинс сел, обхватив руками колени, и уставился на дождь. Я люблю ее, Джек. Люблю, как никого другого, я по уши втрескался в эту ягодку, еще когда увидел ее купающейся в ручейке. Ты бы поглядел... - Не надо! - А я ревную! - Ты только что заявил, что у меня нет никаких шансов. - А я все равно бешено ревную! Ко всем! К тебе, к Лагуну, к отцу Доминику, к каждому столбу и кустику. Боже мой, как я страдаю... - Страдай потише, разбудишь! - А вот и наш ужин. - Мокрая как мышь охотница показалась в проеме пещеры, в руках она держала крупного глухаря. Дочь рыцаря передала птицу подскочившему Вилкинсу и с наслаждением протянула руки к огню. - Опять ссоритесь? Из-за чего на этот раз? - Из-за женщины... - честно признал Джек. Тонкости в обхождении с дамами ему были неведомы. Шелти подозрительно напряглась: - Если этот обормот опять рассказывал, как я... Сэм предусмотрительно нырнул в дождь и уже оттуда почти оперным голосом запел: О, прекрасная леди! Снизойди ко мне, Как к интимной беседе При ущербной луне... - Ладно, мир! Промокнешь же... - расхохоталась дочь рыцаря, и Вилкинс вновь уселся у костерка ощипывать глухаря. - Ну а какие у нас планы после ужина? Может, стоит вернуться в ту деревню, Лагун совсем расхворался... - Да, эта сырость хоть кого доконает, - поддержал Джек. - Тем более что в этих краях ничего интересного нам не светит. - Факт! Если какие приключения и происходили, то свалились они на другие головы... - подтвердил ученик колдуна, насаживая птицу на полоску стали. Что-что, а уж готовить в походе он умел как никто. - Вот, железочку нашел, в углу пылилась, похоже, обломок чьего-то меча. А мы на нем ужин сготовим. - Дай-ка... - Шелти изменилась в лице. На отчищенной поверхности клинка витиеватой вязью были выгравированы слова: "Вечность - ничто, пред...", дальше у самой рукояти сталь была как-то странно обломана. - Почему ты мне не показывал? - Джек тоже потянулся к находке, но отдернул руку - дочь рыцаря смотрела на него глазами, полными слез.