За бочками шла драка. Двое оборванцев били третьего. Вилкинс было развернулся назад, но в этот момент с избиваемого упал тюрбан и по плечам рассыпалось множество черных косичек. - Девушка! - ахнул Сэм. Драчуны обернулись. - Обалды, хамар гяур?! - грозно спросил один. - Ничего не понимаю, - честно ответил ученик чародея и тут же выпалил все восточные слова, какие успел подхватить на корабле: - Салам алейкум, Аллах акбар! Карачун-бабай, шайтан-арба, базар-кирякми. Арык, урюк, аул, ишак! Два смуглых оборванца побурели, сжали кулаки и шагнули к Сэму. Прекрасно понимая, что в неравном бою он не победит, а пути к бегству отрезаны, храбрый Сэм открыл рот, дабы позвать на помощь, и... - Гав, гав, гав, гав, гав!!! Хулиганы замерли в испуге. Бедная девушка тоже, да и сам Вилкинс несколько опешил. Впрочем, быстро сообразил, как использовать создавшееся положение: - Гав, гав! Гау, гау! Аф, аф! Тяф, тяф! - Карсак-шайтан! - в голос завопила вся троица местных, бросаясь наутек. Парни бежали первыми. Сэм сделал шаг и успел поймать девушку за косички. - Ну а ты-то куда? Ой, я еще плохо владею вашим языком. Как же это будет? В общем, вот эти злые нукеры? Аскеры? Торшеры?.. Они же тебя обижали? Били, колотили, щипали?.. Я тебя спас! Я хороший! Не убегай! Якши? - Не буду... - Вот и ладушки! Что? - не сразу уловил Вилкинс. - Я хорошо говорю на языке белых людей из-за моря, - улыбнулась девушка. Моя мать была рабыней богатого торговца шелком, он вывез ее из северных стран. Она рассказывала мне о снеге... Но храброму господину это не может быть интересным. Чем я могу ему служить? - Ну... не знаю даже. У меня никогда не было собственных слуг. Вот что... Пойдем куда-нибудь, где можно пообедать. - Слушаюсь, мой господин. Здесь неподалеку есть чайхана. И Вилкинс, надувшись от важности, проследовал за черноглазой проводницей. Впервые в жизни его назвали господином, да еще храбрым, да еще девушка, к тому же хорошенькая, уж в этом-то ученик чародея знал толк.