Сэм получил все кости и тишком выцыганил у Джека ломоть хлеба. - Хорошая собачка, а? - Один из крестьян, грубоватый парень шкафообразной формы, бухнулся за стол к Джеку. Сумасшедший король нахмурил брови, но промолчал. Парень был изрядно пьян, а Джек не хотел ввязываться в ссору. - Какая порода, я спрашиваю? - продолжал домогаться пьяный, - Уж больно крупный пес. Такой, наверное, и волка задушить может? Джек кивнул. Желая побыстрее освободиться от навязчивого собеседника, он поманил рукой трактирщика, но тот не спешил подойти. Вместо него к столу подсели двое рослых слуг. - И вправду хороший песик. Не на охоту ли, часом, собрались? - Нет, - сквозь зубы процедил Джек. - А куда? - нахально пристали двое. - Это мое дело, - стараясь держать себя в руках, отрезал Джек. - А чего это ты такой невежливый? Добрые люди оказывают ему внимание, а он нос воротит! Уж не из благородных ли? Джек молчал. Сэм умоляюще смотрел на крестьян, не зная, как прекратить назревающий скандал. А троица слишком явно на него нарывалась. - Почему он молчит? - Пьяный вдруг пнул Сэма в бок - Пусть гавкнет! Что за собака такая? Лежит и молчит! Трусливый, что ли? - Не трогай его! - Голос Джека зазвенел. - А что? - удивились слуги. - Собака на то и собака, чтобы лаять. Эй, пни-ка его еще раз! Но пьяница покачал головой, плюнул на кусок хлеба и ткнул его в нос Сэму: - На, ешь! Будешь помнить мой запах! Мы теперь с тобой друзья! Ешь! У Сэма желудок подкатил к горлу. Глядя на оплеванный хлеб, он с ужасом понял, что ноги его не держат, и, закатив глаза, рухнул в обморок. И пьяница, и двое слуг разразились диким смехом. В это время к Джеку неслышно подплыл хозяин. - С вас двадцать монет. - Что? - поразился Джек. - Но ведь за обед платят одну! - А вы заплатите двадцать, - ласково пропел трактирщик. - Вы ведь как человек благородный не станете торговаться. Да и быть вышвырнутым из трактира - такой позор для вашей милости. - Негодяй! - побледнел Джек.