С Уиллардом Эллисоном Дженни познакомилась в первый же вечер, когда устроилась на работу в кафе. Мало того, что он был владельцем собственного грузовика — он также считал, что является владельцем любой девушки, которая ему понравилась. Хотя у него хватало ума смеяться в собственный адрес своим оглушительным раскатистым хохотом, если он понимал, что ошибся. Он был огромного сложения, с роскошной густой бородой песочного цвета.

Как-то раз, за полчаса до окончания её смены, когда она проходила мимо его столика, он неожиданно схватил Дженни за руку, и, ухмыляясь, сказал, что она должна завязывать с работой официантки и выйти за него замуж.

— Ага, сейчас, всё брошу и побегу с тобой под венец! — фыркнула она.

— Эй, Дженни, да я серьёзно, — по ухмылке было видно, что он дурачится. Неожиданно он обхватил ее, усадил к себе на колени и попытался поцеловать.

Такие ситуации были для Дженни не в новинку, и она прекрасно знала, как обращаться с подобными шутниками. Надо просто схватить мужика за самое болезненное место. Не настолько сильно хватать, конечно, чтобы он взъярился — но так, чтобы он тут же тебя отпустил. Уиллард Эллисон отпустил и немедленно разразился своим громоподобным хохотом. Затем он опять попытался ее облапить — но она рванулась и, поскользнувшись, упала на колено. Он немедленно встал и помог ей подняться, рокоча: — Ё-моё, Дженни, прости, пожалуйста…

— Да чтоб тебя! — Дженни была в ярости, ее оцарапанное колено немедленно начало кровоточить. — Уилли Эллисон, тебе крупно повезло, что на мне не было чулок!

Он взял со стола несколько салфеток и начал вытирать ей колено, поминутно извиняясь: — О, Господи, ты извини. Я же просто прикалывался. Ну, ты же понимаешь. Ты же знаешь меня.

— Прикалывайся так с Эвелин или Надин, — выпалила Дженни, — потому что я по тебе не сохну!

— Да ладно, Дженни, я ничего такого не имел в виду.