– Подожди, Фиделио! К ноге! На место! Но терьеру было не до команд. Он вновь ощутил себя молодым, когда, почуяв что-нибудь увлекательное – приятеля, игру или драку, – распластывался лентой над землей. Старое его тело налилось силой, ноги окрепли, шерсть на спине вздыбилась, и заливаясь громким, торжествующим лаем, пес, буксуя на месте от возбуждения, скрылся в лесу.

Сильвестр побежал следом. Он слышал лай Фиделио, видел, куда тот помчался, но лай становился все слабее и слабее, пока наконец не затих совсем. Пробежав еще несколько минут, Сильвестр замедлил шаги и остановился. Он не знал, в какую сторону идти – собаку уже совсем не было слышно. Как-то он читал рассказ о следопыте, который по нескольким примятым травинкам, сорванному листку и нескольким красным каплям на склоне горы смог определить, в какую сторону убежал раненый кабан. Но Сильвестр не был следопытом. Он не видел примятых травинок, сорванных листков, словом, ничего, что указывало бы, куда делись охотник и жертва. В какой-то момент ему показалось, что он слышит вой, но Сильвестр не был в этом уверен, может, просто почудилось.

Гнев, овладевший им столь внезапно, теперь прошел. В лесу все-таки небезопасно.

Он медленно направился к дому, то и дело оглядываясь направо, налево, назад. С Фиделио ничего не случится. У старого пса прекрасное чутье. Уже не раз бывало, что во время прогулки Фиделио убегал от него, а домой возвращался первым.

Субботнее утро, ясное и чистое, вступало в свои права. Элена встала первой, спустилась в кухню и приготовила кофе, потом позвала Фиделио, чтобы угостить его традиционным пряником. Но старый верный терьер не откликнулся на зов. Вместо него пришел Сильвестр.

– Где Фиделио? – спросила жена.

– Я думал, ты или Джерри впустят его, когда он явится и начнет скулить, – ответил Сильвестр и рассказал о ночном приключении.

– Я по крайней мере не слышала, чтобы он скулил, – сказала Элена. – Надо пойти поискать его. Вдруг он зацепился поводком за корень или свалился в расселину.