"Что? Например?"

"Дюк Эллингтон. Дэйв Брубек. Брубек - великий артист".

"Я могу слушать почти все. Однако джаза нет. Можно купить где-нибудь, в Эль-Пасо".

"Я не могу разобрать, что эти женщины поют".

"Айрин, это не надо понимать. Просто впитывай их".

Они проезжают ровный, пыльный городок под названием Эспаньола. Неоновые вывески над закусочными и заправками. Джим нашел поворот на 76 шоссе на юг. "Я думаю, мы заночуем в Санта-Фе. Тебя это устраивает?"

"Согласна".

"Знаешь там дешевые отели?"

"Нет. Я никогда не была там".

"Почему? Это же недалеко".

Она пожимает плечами. "Я никогда много не путешествовала. В Советском Союзе с внутренним паспортом много проблем. И у меня никогда не было машины, и я не умею водить".

"Не умеешь водить? - Джим барабанит пальцами по рулю. - А чем ты занимаешься?"

"Читаю книги. Солженицын, Пастернак, Аксенов, Исаак Бабель..".

"Звучит угрожающе".

"Я много узнала про советскую ложь, которой нас пичкали всю жизнь. Не так просто узнавать правду. Я сидела и думала, пыталась понять. На это уходит много времени".

"Да, у тебя такой вид". Джим чувствует к ней острую жалость. Сидит в убогой квартире, читает книги. "У тебя есть тут друзья? Родственники?"

Айрин качает головой. "Нет, Джим, нет друзей. А у тебя?"

Джим заерзал в кресле, откинулся. "Ну, я же путешествую..".

"Джим, у тебя одинокое лицо".

"Наверное, мне пора побриться".

"У тебя есть жена, дети?"

"Нет. Не люблю быть привязанным. Я люблю свободу. Перемещаться, смотреть вокруг.".

Айрин вглядывается через стекло в летящие световые конусы. "Да, произносит наконец. - Очень красиво".

Они останавливаются размяться в национальном парке к северу от Санта-Фе. Джим вдруг начал беспокоиться о том, что кто-то мог сообщить в полицию о стрельбе; возможно, кто-то запомнил номер фургона. Он открывает потайной ящичек в задней панели, просит Айрин вынуть новые номерные знаки.