- Уверен, ничего серьезного не произошло, - сказал Гарри, - сейчас пойду и все узнаю. Будьте здесь, никуда не уходите.

Мы никуда и не собирались, а Петрушевич с Сирук с места сдвинуться были не в состоянии по причине стресса.

- Неужто потонем? - простонал Петрушевич. - Как же так?! У меня же фабрика! "Петрушевич и сыновья"! Как же так?!

- Всякое бывает, - глубокомысленно изрекла я, и заметила, что за стойкой остался одинокий бармен, должно быть он не желал, чтобы уважаемые пассажиры в панике разворовали весь ассортимент. Я вылезла из-за стола и направилась к нему. Присев на высокий черный табурет, сказала:

- Двойной мартини с тоником, пожалуйста.

Бармен кивнул, и загремел бутылками.

- И часто такое бывает? - решила разведать я обстановку.

- Вообще-то нет, - охотно пошел он на контакт, - грубо говоря впервые.

Он поставил передо мной высокий бокал с трубочкой и зонтиком мухоморной расцветки.

- Утонем?

- Не знаю, надеюсь, нет, да и не так мы далеко от турецкого берега.

- В случае чего, доплывем! - жизнерадостно улыбнулась я, чувствуя, как в душу заползает прохладное, скользкое чувство страха.

Я быстро выпила мартини, и протянула бокал, бармен снова его наполнил, и включил тихую музыку.

- А Вы в курсе, что ещё и рация не работает? - поделилась я. - И Мавр пропал.

- Плохой сегодня день, - кивнул бармен.

- Но, может, все ещё и обойдется? - пыталась я выжать из него хоть что-то оптимистическое. - Корабли наверняка здесь ходят часто, можно им сосы посылать, должны же быть какие-то штуки для сосов, кроме рации?

- Сигнальные ракеты, - сказал бармен, и добавил: - наверное. Я же к морю никакого отношения не имею, меня брат устроил по знакомству.

В душу мне стали заползать всякие нехорошести.

- А другие на этом судне имеют отношение к морю? - я потянула бокал для третьей порции. - Хоть кто-нибудь? Хотя бы капитан?