Голос Джима прозвучал жалобно:

- Да-а, одна-то, может, и не страшна, но там же стояло что-то про целый их город.

- Поживем-увидим, старина, - ответил Лукас, - а сейчас давай спать. Спокойной ночи, Джим! И не переживай.

- Угу, - пробормотал Джим. - Спокойной ночи, Лукас!

А потом он еще немного повспоминал госпожу Ваас и подумал, чем она сейчас может быть занята. А еще потом он попросил у Бога, что если она грустит, то пусть он пошлет ей утешение. И, пожалуйста, пусть он ей все объяснит. А еще потом Джим прислушался к ровному и глубокому посапыванию Эммы, уже давно заснувшей, и задремал сам.

Глава девятая, в которой выступают цирковые артисты, и кое-кто замышляет недоброе против Джима и Лукаса

Друзья проснулись, когда солнце уже совсем высоко забралось на небо. Как и накануне, на площади опять собралась толпа народу, обозревавшая локомотив с почтительного расстояния.

Джим с Лукасом выбрались наружу и, от души потянувшись, пожелали друг другу доброго утра.

- Отличный денек сегодня! - сказал Лукас. - Самая подходящая погода для того, чтобы пойти к царю в гости и сообщить ему, что мы освободим его дочку.

- А может, давай сначала позавтракаем? - спросил Джим.

- Сдается мне, - ответил Лукас, - что сейчас мы получим приглашение на завтрак от самого царя.

Они опять поднялись по девяноста девяти серебряным ступеням и нажали на алмазную кнопку звонка. Окошко в эбеновых дверях распахнулось, и наружу выглянула большая желтая голова.

- Что угодно двум вашим сиятельствам? - спросила она высоким фальцетом и улыбнулась так же торжествующе, как накануне.

- Мы хотим увидеться с царем Миндальским, - объяснил Лукас.

- Сожалею, но и сегодня у царя нет времени, - ответила большая желтая голова и уже опять было собралась исчезнуть, как Лукас громко сказал:

- Постой, приятель! Будь любезен сообщить царю, что здесь находятся два человека, которые собираются вызволить его дочь из Дракон-города.