Летательный аппарат поднялся над горным краем. Внизу проплывали плато и пропасти, стены хребтов и острые как иглы пики. В неярком свете кровавого солнца снег казался густо-красным, а тени более глубокими, будто вершины парили в пустоте, ни на что не опираясь. Безотрадный красно-черный пейзаж действовал на нервы и Эндфилд приказал себе не пялится по сторонам. Он бы присел, если бы сзади не мешалась прицепленная труба левитатора.

Пока автопилот его через горные пики к Простреленной горе, Джек вспомнил тот день, когда впервые попробовал сделать зарядные стержни для тяжелого бластера — изделие простое, но деликатное, требующее соблюдения целого ряда специфических параметров процесса.

Каково было его изумление, когда на табло самотестирования излучателя, выскочило сообщение о том, что сделанные по всем правилам боеприпасы не подходят для оружия. Капитан сначала решил, что бластер неисправен. Он готов был винить "проклятую память" и электронику бластера, но никак не что-то другое. Он испытал оружие на стандартных зарядах, проверил синтезатор, даже залез в свои давние записи с программами, сличив до последнего знака алгоритм работы. Все было без толку. Что-то в пространстве вокруг не позволяло складывать атомно-полевые композиции.

Неудача с субатомным синтезом не означала полного крушения планов Эндфилда. Через пару лет повстанцы вернутся. Вряд-ли кто-то из драконов всерьез поверил в смерть своего бывшего командира. Вернутся не все. От трети до двух третей драконов закономерно погибнет. Но те, что придут, будут уставшими от войны на два фронта, досыта наевшимися тупости Катрана. Им снова потребуется Капитан Электронная Отмычка, чтобы восстановить предельно изношенные корабли. Ту их можно будет брать голыми руками. Оттого Джек хотел встретить их как победитель, как щедрый отец своих блудных детей, а не как брошенный на необитаемом острове бунтарь, за которым бывшие друзья вернулись из милости.