А дальше случилось страшное…

Маг, уцелевший после нападения табру, за минуту вышиб ворота, и радостно взревев, воины ломанулись в проем, теперь уже беззащитного замка. Со стен вовсю отстреливались лучники и арбалетчики, и множество вражеских тел украсило нелегкий путь к 'сладкой начинке'. Лучники графа обрушили ливень стрел на стены и оборона практически захлебнулась. Это был конец.

Да. Конец…

Даже у выбитых ворот не нашлось храбрецов способных ценой своей жизни ненадолго задержать нападающих, чтобы дать несколько нужных минут своему барону и его семье, дабы они смогли сбежать в долину или подземным ходом. И тем самым спасти свои несомненно ценные жизни.

Как жаль…

В последних рядах, в замок въехал торжествующий граф в начищенных доспехах. Уже готовый карать и миловать.

Вот и все…

И приветствуя графа, позади него с громким и каким-то торжествующим лязгом упала кованая решетка.

Но что это?! Что? Все двери захлопнуты… во дворе никого нет… лестницы, ведущие на стены, завалены бочками с камнями, тяжелым мусором, через который быстро не пробраться.

Со стен, укрытые ростовыми щитами воины продолжали непрерывно стрелять.

Отовсюду полетели какие-то мелкие предметы. Особенно густо вокруг графа, второго благородного и их телохранителей. Они негромко хлопнули и выпустили безобидные щупальца дыма.

…смердели и плакали все находившиеся во дворе, а со стен и изо всех окон внезапно начали стрелять в толпу уже 'горько плачущих и сожалеющих' уродов…

В арке ворот закрутился вихрь, который сквозь проезд в башне и решетку, как через аэродинамическую трубу высосал весь смрадный дым со двора. А трусливый барон стоял наверху донжона, и мрачно улыбаясь, рассматривал все это действо.

Охрана лагеря к этому времени тоже внезапно скончалась.