По сигналу дворецкого в опочивальню тут же ворвалась толпа лакеев с туалетными принадлежностями в руках и начала приводить хозяина в порядок. Один держал тазик с теплой водой, другой деликатно промывал принцу личико, третий золотым гребешком расчесывал его буйную шевелюру… короче, работа кипела. Утренние процедуры растянулись на целый час, но главную свою задачу выполнили: принц был не только отмыт, накормлен и одет по всей форме в дуэльный костюм, но и соизволил окончательно проснуться. А проснувшись, он вздумал осмотреть свою персону в настенное зеркало.

— Батлер, я же еду не на охоту! Почему на мне такой костюм?

— Ваше высочество, охотничий костюм, извиняюсь, зелененький, а дуэльный хоть и того же покроя, но, согласно протоколу, черненький…

— Плевать я хотел на ваши протоколы! Я к своему костюму привык!

— Ваше высочество, — всполошился дворецкий, делая знак слугам, чтобы они удалились, — у нас так не принято!

— Где это — у нас?

— В нашем государстве, в Бри…

— Государство — это я! — величественно оборвал его принц. — А потому что хочу в нем, то и делаю.

— Какое глубокое рассуждение! — поразился Батлер. — Надо доложить королю, что в его государстве образовалось еще одно государство: ходячее, ругачее, задирающее графов и вызывающее их на дуэль.

— Это он меня вызвал.

— Суть дела не меняет. Вы уменьшаете дворянское поголовье Бригании, и Карлу Третьему это может не понравиться.

— Батлер, я тебя разжалую!

— Никак нельзя-с, ваше высочество. У меня каллиграфический почерк, а мои доносы изволит читать сам король. Не будем его расстраивать. Опять же подсунут вам вместо меня какого-нибудь урода, и что потом делать будете?

— Да, лишние напряги мне ни к чему, — согласился принц.

То, что дворецкий являлся агентом тайной канцелярии, Флоризель выяснил в первую же ночь, после того как поселился в этом замке.