Да, Дюмарест сражался и убивал на потеху ревущей и жаждущей крови толпе. Он снова почувствовал запах крови, ощутил сгустившийся от ненависти воздух, увидел звериные взгляды из-под масок цивилизованности, когда якобы культурные мужчины и женщины вопили, требуя смерти. Это как очистительная клизма для деградирующей цивилизации, а для скитальца - возможность подзаработать и заслужить репутацию отъявленного головореза.

– Человек привыкает к насилию, - мягко продолжала Макгар. - Но, кроме того, Элрай рассказал о невероятной скорости, с которой вы действовали. Метнуть нож так же быстро, как иной стрелок нажимает на спуск! Послать его на двадцать футов, причем раньше, чем луч достиг вас. Да будь расстояние чуть меньше, вас даже не зацепило бы. Нет, Эрл Дюмарест, вы необыкновенный человек, и я благодарю всех богов, какие только были и есть, что вы оказались в нужном месте и в нужное время.

Хотя лицо женщины оставалось по-прежнему бесстрастным, голос выдавал ее - в нем промелькнуло несколько дрожащих ноток. Другая на ее месте уже давно бы расплакалась, хватала бы его за руки или, чего доброго, и вовсе забилась бы в истерике. Тем не менее, за ее словами пряталась более чем простая благодарность. Хотя ужас случившегося уже отступил, Макгар до сих пор была не в силах успокоиться и изгнать неотвязные мысли о том, что могло бы произойти.

Дюмарест знал, что может протянуть руку и дотронуться до нее, что стоит ему только захотеть, и она отдаст ему все, даже себя, по доброй воле. Однако вместо этого он спокойно произнес:

– Эти негодяи хотели забрать мальчика. Вам известно - почему?

Макгар глубоко, судорожно вздохнула:

– Может, ради выкупа?

– Только в том случае, если вы богаты, - сухо возразил Дюмарест. - Вы богаты?

– У нас есть ферма, кое-какие сбережения. Но у вас одного больше наличности, чем имеем все мы.