Инженер-майор вооружился этим прибором и сразу же направился к Уилкинсу. Он вышел улыбаясь.
- Ничего нет, - сказал он.
- Я так и знал. Ошибочка, господин доктор, - съязвил полковник.
К вечеру Уилкинсу стало хуже. Врач-лейтенант не отходил от него ни на шаг, следя за температурой и пульсом. Нас к товарищу не пускали. Всех, кто жил с Уилкинсом в одной палатке, разместили по другим, оставив его одного.
После отбоя мы долго не могли заснуть, думая, что же случилось с Уилкинсом и что это за проклятое место.
Перед сном я слышал, как мимо нашей палатки прошли Виллард и Хукc. Лейтенант сказал:
- У меня нет никаких сомнений. У него лейкемия.
Что ответил капитан, я не расслышал.
II.
Уилкинса через день увезли на вертолете куда-то в госпиталь, а еще через день заболел рядовой Скарт.
Когда после осмотра лейтенант Виллард сообщил полковнику Брейди, что это "тот же самый случай", полковник плюнул и громко выругался.
- Возьмите аппаратуру и обшарьте все как следует.
Лейтенант и инженер-майор, вооруженные индикаторами на длинных шестах, медленно бродили по территории. Затем они проверили радиоактивность во всех палатках.
- Ничего. Чисто, - растерянно докладывал полковнику майор.
- Вы что-то крутите, лейтенант, - грозно сказал Брейди, обращаясь к врачу. - Это не лейкемия.
- Хорошо, я сделаю анализ крови.
Копая землю, мы наблюдали за палаткой Вилларда, пытаясь по внешнему виду лейтенанта угадать, что дал анализ.
Лейтенант вышел мрачный и сосредоточенный. Посмотрев на предметное стекло, он ушел к офицерской палатке. После этого появился полковник и снова передал радисту Смиту бумажку с цифрами. Капитан Хукc, наш командир, построил нас в шеренгу.
- Сейчас вас проверят на радиоактивность, - сказал он насупившись.
Мы удивленно переглянулись.