Всем протереть свои паршивые гляделки, если не хотите, чтоб Черные провертели лишние дырки в ваших и без того дырявых кочанах! Командир не пресекал подобных безобразий, так как сам еще был необстрелянной ""зеленкой"" и не знал иных средств наказания, кроме гауптвахты и нарядов на очистку эфира от радиопомех. Впрочем, можно было послать всех нарушителей в дозор. Однако это было неразумно: должны же и в самом отряде оставаться опытные бойцы! Новички скрипели огромными хрящеватыми ушами от досады, потому что и без этих наставлений были до изнеможения, до помрачения в глазах бдительны. И новенькое оружие бдительно похлопывало их по спинам, затянутым в новенькие, с иголочки мундирчики, как бы говоря: ""Слушай! Смотри!"" И развевающееся в голове отряда знамя Алого Тюльпана настойчиво внушало: "" Не спи на ходу! Будь бдительным!"" А капралы к тому же подливали масло в огонь, отчитывая новичков: - Почему уши не смазываете, болваны?! Останетесь вот без ужина разок, так и будете себя в порядке держать! Неожиданно чрезвычайно внимательный Помощник очень кстати обратился к неустанно осматривающему непроглядные заросли ежовника Командиру: - Пора, однако, принимать доклады дозорных. ""Ишь ты, доклады дозорных! В дюдюльку эти доклады тебе и тебе,"" подумал пузатый Фельдфебель, шедший позади них нестроевым ветеранским шагом вразвалочку. И еще он подумал, что с желторотыми командирами можно навоевать Черный Тюльпан знает что, так как поимку проклятых вражьих выродков они планируют по каким-то ослячьим схемам, которые выдумывают тыловые козлы-генералы в их бараньих школах. - В самом деле, донесения запаздывают вот уже на восемьдесят шесть секунд,- озабоченно сказал Командир. ""Восемьдесят шесть раз тя по башке"",- подумал Фельдфебель. Больше он ничего не успел подумать, потому что в тот же миг в грудь Помощника вонзился патриотический черный тетразубец, конец которого был выполнен в виде ненавистного тюльпана.