Много ли он взял? - Половину,- не моргнув глазом ответил Гусятяс. Дрофка разинула клювик. Вот так радоваться, так безумствовать? Отдать судье половину барыша и вести себя после всего этак по-миллиардерски? Но ведь этот стальной хлам никому не нужен! Что это за контрабанда, если ее нельзя выгодно продать?.. Господин Козодойн наконец достаточно насладился замешательством супруги. Он с юношеской легкостью порхнул к ближайшей машине, театральным жестом распахнул люк в ее верхней части и пытаясь придать голосу интригующую таинственность произнес: - А это что по-твоему? Резко и волнующе запахло бензином. Дрофка с громким кудахтаньем бросилась мужу на шею. - Вся эта куча трофейного металлолома даже не облагалась пошлиной. Более того, я умудрился получить за ее компенсацию, сыграв на решении правительства о запрете импорта,- назидательно, но уже гораздо мягче сказал Гусятяс.- Зато я провез органику до единой капельки, моя птичка! Представляешь, наши дерутся за право эксплуатации участков, да еще под постоянной угрозой нападения вояк-тюльпанцев, а по всем дорогам стоят брошенные бензовозы, доверху полнехонькие цистерны, и все на них - ноль внимания! - Ты мой умненький, мой самый умненький,- кудахтала Дрофка, едва не падая в обморок от счастья. - Пришлось срочно забрать богатство себе, пока никто не догадался к нему приложиться,- невинно заметил Гусятяс.- Самое странное, что аборигены не пользовались бензином, который сами же делали. Автомобили, тягачи и как они их еще там называют брошены, а эти болваны вручную перетаскивают детали пушек. Да и собрать толком ничего не могут, так как пушки тут же представь себе! - взрываются. Одним словом, чего еще ждать от отсталой провинции! Дикари, и только. - Погоди, погоди,- смутилась Дрофка - Это как же не могли ездить? А вдруг... - Дорогая, бензин в полном порядке,- заверил ее господин Козодойн.- Я сразу же для пробы наполнил бак своей порхалки горючим из брошенной штабной машины. У них, солнышко мое, это бензин высшего сорта, хотя у нас он считался бы довольно плохим.